В Архангельской областной больнице столкнулись с редкой патологией

Прошёл месяц после операции. Жительница Котласа гуляет и дышит свежим воздухом. Говорит, сейчас уже ничего не болит. И вспоминает медицинские палаты, как страшный сон. Тогда она готовилась к плановому обследованию по поводу другого заболевания. Врачи сделали КТ с контрастом и буквально ахнули — увидели аневризму верхней брыжеечной артерии. Диаметр её — 22 миллиметра при норме около семи.

Павел Дьячков, сердечно-сосудистый хирург Архангельской областной больницы:

«Данные аневризмы, а именно расширение артерий, встречаются крайне редко. Вообще висцеральная артерия — это 5 процентов от всех аневризмов. А верхняя брыжеечная — 2 процента от этих 5. Т.е. редко встречается и мы не встречали. И данная операция была выполнена впервые».

Самое страшное в таких аневризмах — они не дают о себе знать. Человек живёт обычной жизнью, но в любой момент может произойти разрыв. И тогда исход — летальный. Причём диагностировать её почти невозможно без специального контраста. Но главная сложность была даже не в том, чтобы вырезать расширенный участок.

Михаил Пышкин, заведующий отделением сердечно-сосудистой хирургии Архангельской областной больницы:

«Самое сложное было именно на этом участке расширения, отходило семь веток аркадных, которые питают кишечник, и самое сложное было сохранить все ветви, чтобы питание кишечника сохранилось, чтобы не было последствий для пациентки».

Операция длилась три часа. Команда из трёх хирургов под руководством Михаила Пышкина работала, как ювелиры. Для восстановления стенки сосуда они использовали заплатку. Её вырезали из вены пациентки.

«Речь стояла о том, что часть кишечника может быть удалена. Которая после операции не будет кровоснабжаться. Вот, это было страшнее, чем если бы аневризма разорвалась, честное слово. Потому что тонкий кишечник — это всё. Там пища завершает переваривание, все полезные вещества всасываются. И это — иммунитет, это — всё!»

Сейчас пациентка — дома. Чувствует себя хорошо. Пьёт препараты для разжижения крови. Через полгода — контрольное УЗИ, а раз в год — КТ с контрастом, чтобы смотреть, как прижилась заплатка.

«Это — вообще чудо. Чудо, что диагностировали, и так благополучно завершилось. Это — просто чудо!»

Врачи признаются — на такие операции идут всегда с интересом, хотя никогда не знаешь, как пойдёт дело. Но факт остаётся фактом: архангельские хирурги справились с задачей уровня федеральных центров.