В разгар летней жары охладиться помогает, как ни странно, горячий чай

Традиции чаепития на Севере уходят в глубину веков. Заваривали тогда чаще травы. А медные богатыри были в каждом доме, да не по одному. Теперь их добрая сотня представлена на выставке «Самоварные истории» в деревне Вершинино Плесецкого округа. Самому пожилому пузатому в коллекции уже пошло третье столетие.

Светлана Синицына:

«Приходите — самовар поставим, а уйдёте — чайку попьём».

Это — приглашение на выставку «Самоварные истории». Она развернулась в музейном комплексе «Амбарный ряд» в столице Кенозерья деревне Вершинино. Словно на параде выстроилась эта добрая сотня медных и нержавеющих богатырей. Как только их не величали раньше на Руси: самогрей, самокипец, самогар. А прижилось всё же «самовар». Самый старый в этой угольной коллекции — 18 века. За несколько столетий их пузатая форма постоянно менялась: банка, цилиндр, шар, ваза, яйцо, рюмка, зауженная книзу. Разный был и объём — от 3 до 8 литров.

Анна Анциферова, главный хранитель музейных фондов Кенозерского национального парка:

«Маленькие самоварчики на двоих называются „тэт-а-тэт“, а на одного — „эгоист“. Можно представить всё то, что выпускала наша промышленность, это в основном были фабрики и заводы в 18,19, начале 20 века».

Светлана Синицына:

«Чай не пьёшь, откуда силу возьмёшь?»

Для выставки эту часть предметов из солидной коллекции предоставил давний друг Кенозерского национального парка. Правда, своё имя решил оставить в секрете. Экспозицию он посвятил родной бабушке, у которой обычно проходило его деревенское лето. Случалось и чистить медного богатыря речным песком, эту обязанность в семьях часто вменяли детям.

Анна Пономарёва, жительница д. Морщихинской:

«Теперь наложу угольков, а потом добавлять надо, тут быстро не вскипит».

В книге «Лад» Василий Белов писал, что «за короткий исторический срок чаепитие на севере Руси настолько внедрилось, что самовар стал признаком домашнего благосостояния… Без него, — как без хлеба, а изба выглядела неполноценной». Самовар был на все случаи жизни: приезд родных или просто дорожного человека, перед обедом, после бани, с холоду, с радости или расстройства.

«Чай без вина — пей без меня, Татьяна Васильевна!»

Кенозёры предпочитали самовары больших размеров, потому что семьи были немаленькие. Ещё любили праздники, когда многочисленная родня и гости собирались у самовара и часами вели задушевные беседы.

Татьяна Подосёнова, жительница д. Вершинино:

«Вот, напился, опрокидывают вот так чашечку — вот, это — напился уже. То есть не добавляют? Не добавляют воду, а если будет она так стоять и тебе будут наливать и наливать».

Татьяна Васильевна вспоминает, как раньше в семье самовар звенел с утра до вечера, поскольку в деревне не было электричества. Да и в новом веке отключения — не редкость.

Мария Машакова, жительница д. Вершинино:

«Сейчас даже, когда отключали свет, мы тоже самовар выносили на улицу, трубу и ещё даже сапогом раздували».

Вот и держат кенозёры на всякий пожарный самовары, причём не электрические, а угольные, говорят, из них и чай намного вкуснее, с дымком. Сохранилась и привычка пить из блюдец. Для новичков тут без мастер-класса не обойтись.

«Если горячее, так подуйте! Так и на вас всё выплеснется!»

Жители заповедных территорий Кенозерья и Лекшмозерья — радушные хозяева. Перво-наперво гостей чаем напоят с пирогами, а уж потом — за дело. Сотрудник национального парка Анна Анциферова хорошо запомнила, как однажды пришла вместе с московскими коллегами к Екатерине Ивановне Аникиевой, старожилу деревни Усть-Почи послушать старинный рецепт выпекания витушек — кенозерского печенья.

Анна Анциферова, главный хранитель музейных фондов Кенозерского национального парка:

«Первое, что сделала Екатерина Ивановна, достала самовар. Мы так немножко сомневались, ой, Екатерина Ивановна, а когда же мы за чай-то сядем, если вы только при нас начинаете самовар греть. А самовар большой был, Екатерина Ивановна сказала — не переживайте, скоро-скоро. И действительно минут через 10-15 уже чай был в чашечках».

А недавно уже собственная коллекция самоваров Кенозерского парка, она — пока небольшая, пополнилась аварийной московской кастрюлей 19 века — так называлась эта форма. По одной из версий, самовар испортился скорее всего из-за рассеянной кухарки, которая забыла залить воду в него, что бывало нередко. Тогда пузатый начинал неестественно шуметь, потом медленно оседал и наконец заваливался набок. Вообще особенность руского самовара — в том, что он может кипеть до конца чаепития. А «Самоварные истории» будут рассказывать до середины октября.

«Чай не пил — какая ж сила, чай попил — совсем ослаб».